1917

Жанр Историческая драма
Продолжительность 119 мин. / 01:59
Наша оценка:
Работа оператора 10 / 10
Режиссура 8 / 10
Художественное оформление и грим 8 / 10
Сценарий 7 / 10
Актерская игра 7 / 10
Музыкальное сопровождение 6 / 10

Расквитавшись с бондианой, оскароносный режиссер Сэм Мендес обращается к оригинальному сюжету в декорациях Первой мировой войны и впервые в своей карьере ставит фильм по собственному сценарию, наполненному как общегуманными идеями, так и личными. Картина посвящена Альфреду Мендесу, деду режиссёра, прошедшему жернова той войны, и, как гласят титры, отчасти основана на его фронтовых историях.

В открывающем кадре «1917» знакомит нас с младшими капралами Блейком и Скофилдом и дальше не отпускает их из поля видимости дольше чем на пару секунд. В составе британской армии они находятся на Линии Гинденбурга и получают приказ в одиночку доставить на передовую приказ об отмене атаки, запланированной на следующий день. В случае если они не успеют, целый батальон попадет в немецкую ловушку. Считай, верная смерть сотен солдат, среди которых, для пущей драмы, находится и родной брат одного из капралов.

Смотреть трейлер «1917»

Главная изюминка фильма – он задуман как однокадровый (справедливости ради, двухкадровый, с незамаскированным затемнением ровно посередине ленты). Но все же «1917» скорее ближе к «Бердмэну» с его стилизованными под непрерывность скрытыми склейками, чем, скажем, к «честному» однокадровому «Русскому ковчегу». Это, впрочем, нисколько не умаляет ни сложность внутрикадрового устройства картины Мендеса, ни техническую виртуозность ее создателей, что рождают уникальный зрительский опыт. Следуя за героями через линию фронта, камера попадает не только в десяток разноплановых локаций, но и буквально в разные жанры: от камерных мелодраматических эпизодов на двоих или напряженного триллера до масштабных батальных сцен. Величие оператора Роджера Дикинса, понятно, невозможно измерить никакими в мире статуэтками, но, похоже, после такой сногсшибательной работы старику придется в этом году подниматься на сцену за своим вторым Оскаром.

Раз уж речь зашла о статуэтках, и учитывая мощную кампанию по продвижению фильма (взять хотя бы предваряемую выход фильма 10-минутную документалку о его создании, опубликованную множеством медиа разного калибра от imdb до медузы), явную нацеленную на награды, стоит пару слов о фильме и с этого ракурса. Очевидно, что все идет к тому, что через пару недель «1917» должна получить по меньшей мере один из двух главных Оскаров (лучший фильм и лучшая режиссура), а то и оба разом. Если же задаться вопросом, действительно ли это лучшая картина года, то справедливо предположить, что в историю-то 2019-й все-таки войдет как год Тарантино, Скорсезе, даже скорее Баумбаха и Пона Джун-хо, чем режиссера как-бы-без-стиля Сэма Мендеса. Но не признать, что это самая амбициозная и искусная работа в карьере британца, тоже нельзя. Как и общечеловеческих достоинств картины.

И наверное что-то назрело в воздухе, раз второй год подряд выходит большой фильм о Первой мировой. В хроникальном «Они никогда не станут старше» Питера Джексона будто бы даже те же художественные характеристики: техническая виртуозность, авторская «анонимность», даже аналогичные посвящения предкам. Удивительно, как своими разными подходами оба фильма добиваются схожего зрительского погружения в свой мир, будто стирая дистанцию в сто лет и сохраняя в памяти те события. 

Нужно отдать должное картине Мендеса, помимо острого ощущения реальности в ней все же есть и нечто трансцендентное. Лучшая сцена в «1917» – как раз та, что после упомянутого затемнения, – происходит в ночном полуразрушенном французском городке Экюст с его «живыми тенями», создаваемыми тусклым светом сигнальных снарядов, и несмолкающими звуками войны. Тот эпизод воспринимается как ад, в который герой попадает между двумя своими символичными пересечениями реки, словно то река Стикс. Возвращаясь вместе с ним с того света под слабое армейское пение акапелла баллады «Wayfaring Stranger», мы попадаем в притихшую в перелеске перед боем роту солдат. Камера скользит по их лицам, за каждым из которых мы видим их семьи, их дома. А в воцарившемся обманчивом покое кроется сложное чувство: облегчение от того, что эта война кончится, и боль от того, что она была.

Автор: Бодухин Михаил.