Пустота. Отчаяние. Мрак. Неубранные игрушки. Сгоревшие тосты. Бесцветные сказки. Она была всем — её больше нет. Теперь они одни — Папа и Мальчики. Или нет? Чёрное перо на подушке. Звон разбитого стекла. Резкий взмах крыла — Ворон — словно из одноимённого стихотворения Эдгара Аллана По. Зловещий дух? Посланник царства тьмы? Плод больного воображения? Спаситель или искуситель? Полусонный демон или разбуженный ангел? Уродливая боль или явленная любовь?
Картина Дилана Саузерна получилась такой же пугающей и нежной, безжалостной и смешной, чудаковатой и притягательной, как поселившийся в доме и душе главного героя Ворон. В оригинале фильм «Сущность» называется «The Thing with Feathers» — существо с перьями. Отечественный вариант заглавия намекает, что перед нами фильм ужасов, однако на деле это чуткая драма с элементами хоррора. Название литературной основы — бестселлера английского автора Макса Портера, немного отличается от имени ленты — «Grief is the thing with feathers» (горе — это существо с перьями). Писатель, в свою очередь, позаимствовал метафору для заглавия повести у великой Эмили Дикинсон, заменив мягкое «hope» (надежда) горьким «grief» (горе).
Пронзительная, порывистая, предельно откровенная история о переживании утраты покорила литературных критиков и завоевала сердца читателей, одним из которых был британский кинематографист Дилан Саузерн, снявший ряд успешных музыкальных доков. «Чтение повести Макса Портера «Grief is the thing with feathers» стало одним из самых катарсических переживаний в моей жизни. Она дала мне понимание тех чувств, с которыми мужчин (а возможно, особенно британских мужчин определённого возраста!) никто не учит справляться. Она подарила мне язык, чтобы говорить о том, насколько грубым, запутанным, хаотичным и неотступным может быть горе. И что важно — сделала это с той же долей абсурда, чёрного юмора и честности, с тем же отказом от сентиментальности, с которыми я сам когда-то проходил через опыт потери», — говорит Саузерн, не только поставивший фильм, но и написавший сценарий.
Надо сказать, что перенести на экран книгу Макса Портера — та еще задача, учитывая бойкость языка, предпринятую писателем игру с переключением точек зрения и необходимость воплощения гротескного образа Ворона. С другой стороны, повесть весьма кинематографична: насыщена трогательными подробностями и детально описанными нетривиальными сценами, полными боли и любви, нежности и сочувствия. «С нашей первой встречи с Диланом Саузерном я понял: ему не всё равно, он всё чувствует правильно и хочет уберечь странное сердце моей книги. Было ясно, что он сохранит её птичью природу. Дилан понимает Ворона. Он нуждается в нём и любит его», — комментирует сотрудничество с режиссёром Портер.
Влюбился в повесть Макса Портера не только Дилан Саузерн, но и тысячеликий, запредельно талантливый Бенедикт Камбербэтч — Гамлет, Франкенштейн, Алан Тьюринг, Шерлок — олицетворение слогана «smart is the new sexy». А глубокий бархатистый голос! А королевский British accent! От Камбербэтча в образе потерявшего супругу отца двоих детей невозможно оторвать взгляд: точность, правдивость, жизненность в каждой реплике, каждом жесте, каждом движении. Впрочем, все актёрские работы в фильме замечательны, да и Ворон удался: не зря Саузерн упорно не желал создавать CGI-персонажа, вместо этого подарив ему пластику актёра и комика Эрика Лёмпарта, дизайн авторства скульптора Николы Хикс и голос признанного мастера сцены и экрана Дэвида Тьюлиса.
«Вынь свой жесткий клюв из сердца моего, где скорбь — всегда!», — восклицает лирический герой стихотворения Эдгара Аллана По. Всё так — скорбь вечна, — говорят создатели фильма «Сущность». На экране— запечатлённое время горя: ничто не поможет, ничто не излечит, к чёрту стадии проживания утраты по Кюблер-Росс, Боулби – Паркесу и иже с ними — жизнь устроена иначе. Отныне боль будет с тобой всегда, но со шрамами можно смотреть на мир, и творить, создавая невероятное, живительное, освобождающее, и любить еще сильнее.
«Я произнёс её имя. Я прочитал стихотворение «Песнь любви» («Lovesong», автор Ted Hughes), которое мне безумно нравится, но она никогда его особенно не ценила. Я извинился за то, что прочитал его и велел себе не волноваться. Пепел зашевелился и, казалось, жаждал чего-то, поэтому я наклонил чашу и прокричал в ветер: «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!» (Фрагмент повести Макса Портера «Grief is the thing with feathers»).
