Не только в России в последнее время кинотеатры заполонили экранизации сказок и литературной классики — во Франции тоже не скупятся на адаптации монументальных романов. В 2023 году это была кинодилогия «Три мушкетёра» Мартена Бурбулона, в 2024-м — «Граф Монте-Кристо» Матье Делапорта и Александра де Ла Пательера. На этот раз французы добрались и до самого что ни на есть революционного романа в собственной истории — «Отверженных» Виктора Гюго.
Надо сказать, что роман — такая же неотъемлемая часть французского культурного наследия, как багет и желание выходить на протесты. Хотя Гюго выпустил «Отверженных» в 1862 году — спустя 30 лет после описанного в романе Июньского восстания, — для многих книга и сейчас остаётся своеобразной энциклопедией человеческой жизни. Политический и социальный контекст эпохи тесно переплетается с судьбами главных героев, которые на протяжении романа пытаются найти ответы на главные вопросы: можно ли изменить собственную судьбу, способен ли человек исправиться, где проходит граница между добром и злом, всегда ли закон означает справедливость.
Парадоксально, но именно за это сами французы раскритиковали новых «Отверженных» Фреда Кавайе. В родной прессе режиссёра осудили за однобокость — социально-политическая повестка, которую сам Гюго в романе ставит во главу угла, якобы теряется на фоне драматичных перипетий, в которые попадают герои. Досталось в том числе и линии противостояния Жана Вальжана и Жавера — её пришлось сильно урезать для того, чтобы трёхчасовой фильм не превратился в целый сериал.
В этом отношении фильм может по-разному сыграть на два типа аудитории — тех, кто читал и перечитывал роман, и тех, кто знаком с ним лишь в общих чертах. Для последних «Отверженные» Кавайе вполне могут сложиться в цельную историю — сюжет вобрал в себя как минимум основные события романа, а ретроспективные сцены служат своего рода экскурсом в историю героев.
Эффектности добавляет в том числе визуал — похожим масштабом берёт и другая недавняя адаптация французской классики, «Граф Монте-Кристо» (кстати, в производстве обоих фильмов участвовали компания Umedia и сопродюсер Седрик Иланд). Свою карьеру Кавайе начинал как фотограф в мире моды — и это видно: масштабные панорамы французских пейзажей и даже Ватерлоо перемежаются с крупными планами, где главных героев пытаются поймать в момент очередного эмоционального пика. Хотя картинка и может показаться уж слишком отшлифованной для очередного неспокойного времени во французской истории, красота в глазах смотрящего (а именно — режиссёра) всё же невольно подкупает.
При этом, несмотря на приверженность оригинальному сюжету, «Отверженные» точно бьют в нерв своего собственного времени. Помимо того, что премьера по случайности пришлась на пик массовых протестов по всей Франции, Кавайе осознанно трансформирует историю одного из персонажей в угоду эпохе. В романе Гюго Козетта намеренно представлена достаточно пассивной героиней и своего рода катализатором действия со стороны других героев — преимущественно её опекуна Жана Вальжана и будущего мужа Мариуса. В «Отверженных» Кавайе Козетта в исполнении Меган Нортэм — самостоятельная героиня с собственной мотивацией и способностью противостоять Вальжану, несмотря на безграничную любовь к нему. Так что здесь тяжёлые времена и правда рождают сильных людей, и женщины не исключение.
Но со своей ролью прекрасно справляется не только Нортэм. Жан Вальжан и инспектор Жавер в исполнении Венсана Линдона и Тахара Рахима соответственно — практически эталонные образы, которые и сами уже давно стали легендами французской классики. По другую сторону баррикад — Камиль Коттен (её многие узнают после сериала «Десять процентов») и Бенжамен Лаверн, играющие карикатурных, но от этого ещё более злодейских Тенардье. В роли одной из самых несчастных героинь романа Фантины — звезда «Портрета девушки в огне» Ноэми Мерлан, которой в новой адаптации отвели куда больше времени, чем Энн Хэтэуэй в оскароносном мюзикле 2012 года.
Можно долго спорить о том, получились ли в итоге новые «Отверженные» или стали лишь подражанием грандиозности романа. При этом в одном могут сойтись и те, кто считает себя фанатом книги, и те, кто ещё только собирается с ней познакомиться: объять все события, описанные Гюго, в трёхчасовом фильме невозможно даже физически — для этого, как уже было сказано, нужен отдельный сериал (возможно, и не с одним сезоном). Как бы то ни было, работе Кавайе удаётся главное — бережно и с большой любовью показать эмоциональную силу шедевра Гюго. И этого уже достаточно.
