Популярный пункт кинокритических итогов ушедшего десятилетия – расцвет, так называемых, арт-хорроров. Помимо разговоров о самих фильмах этого явления, большой интерес вызывает и наблюдение за траекторией роста некоторых режиссеров, вышедших из жанра и явно перерастающих его пределы. Об этом можно было уже судить и по Ари Астеру, чье «Солнцестояние» было самым обсуждаемым фильмом ужасов прошлого года, в то же время являясь многослойной авторской картиной. Теперь же слово за Робертом Эггерсом. Его «Маяк» явно ставит цели не только напугать своего зрителя, хоть и работает, как и дебютная картина режиссера «Ведьма» (как и упомянутое «Солнцестояние», к слову), как бы в традиции фолк-хоррора.

Фольклор, если не сказать мифология, на этот раз моряцкие. В духе Германа Мелвилла, который в XIX-м веке по сути и был летописцем подобной культуры, чьей манерой диалога, как вещают финальные титры, и вдохновлялся Эггерс, как и реальными журналами хранителей маяков. Фабула фильма строится вокруг отношений двух таких смотрителей, прибывших работать на опустелый остров у берегов Новой Англии конца позапрошлого столетия. Один (Уиллем Дефо) – постарше, хромоногий, кряхтящий, с богоподобной бородой; второй (Роберт Паттинсон) – молодой подмастерье в усах, которому приходится выслуживаться перед старшим коллегой, что порождает зреющий раздор между компаньонами в то время, пока остров обволакивает всякая чертовщина вроде зловещих чаек, гипнотизирующих русалок и нескончаемого шторма.

Смотреть трейлер «Маяк» 2019 года

Эггерс – кинематографист с выделяющимся визуальным вкусом, что было ясно уже и на первом его фильме. «Маяк» он снимает на черно-белую пленку – понятный выбор для исторической ленты подобного духа, –, с редким ныне соотношением сторон 1.19:1, как это делали во времена немецкого экспрессионизма или, скажем, Карла Теодора Дрейера, созвучие с которыми, конечно, тут тоже неслучайно. Одинокие, спивающиеся, слетающие с катушек под саундтрек будто бы судного дня мужчины при выбранном художественном подходе выглядят не как клише, а как архетипы, словно «Маяк» создавался не в XXI веке, а существовал на свете всегда. Комплимент совсем нечастый для современной картины.

На руку этому ощущению играют еще и вечные темы фильма, изложенные в той манере, что выдерживает массу разных интерпретаций, благо в диалогах не раз проступают намеки на единение двух героев как ипостасей одной личности. «Маяк» можно счесть притчей и об одиночестве, и о переживании травм прошлого, или же о замаливании грехов, и, конечно, о богоборчестве. 

Божественная комната, или комната желаний, если пользоваться киноведческим лексиконом, у Эггерса тоже присутствует и становится своего рода макгаффином, стимулом копать в поисках некоей истины и ответом на вопрос, стоит ли докапываться до нее. В «Маяке» жизнь не самая приятная и даже страшная штука, способная в попутчики предложить разве что смердящего, ворчащего, вечно пьющего старика, но единственного, кто способен отдалить тебя от момента, когда ты станешь обедом для чаек.

Другие работы Показать больше
Наши рекомендации Показать больше